Дорога в неизвестность
Судьба моего отца Магомеда Эскиевича Саламова — это зеркальное отражение трагедии и невероятной стойкости всего чеченского народа. Родным уголком для нашей семьи было небольшое, затерянное среди величественных вершин, горное селение Хашалда (ударение на первом слоге) Советского района — ныне Шаройского. Оттуда, из векового родового гнезда, их и сорвал холодный февраль 1944 года. В один миг привычный мир рухнул — тысячи ни в чем неповинных людей отправили в неизвестность. Таков был суровый приговор преступного сталинско-бериевского режима.
Борьба за жизнь
Семья отца оказалась в Северном Казахстане — в селе Серебряки Мамлютского района. На чужбине их ждало еще одно нелегкое испытание: из-за тяжелой болезни рано ушел из жизни глава семьи, мой дед Эски. Тяжелое бремя борьбы за выживание семьи легло на неокрепшие плечи юного Магомеда, которому во время выселения было всего 14 лет. На его руках остались четыре брата, две сестры и больная мать. Главной и единственной задачей для него стало — не дать умереть родным от голода и холода. Чтобы прокормить большую семью он брался за любую тяжелую работу. Сначала трудился на овцеводческой ферме, затем устроился горючевозом — возил топливо на поля в самую жаркую пору, в уборочную страду. Магомед был высокого роста и не по годам физически сильным парнем. Родственники позже с восхищением вспоминали, как он в одиночку, шутя, закидывал тяжеленные бочки с горючим на телегу, запряженную парой гнедых.
В Серебряках в основном жили русские. Видя, как этот чеченский юноша честно, умело и без устали справляется с тяжелой работой, они прониклись к нему глубоким уважением. Магомед быстро обрел среди местных жителей верных друзей. За его недюжинную силу и добрый нрав все уважительно звали его — Большой Магомед.
Долгие, томительные тринадцать лет оберегал Магомед свою семью на чужбине. И они выжили. Когда в 1957 году вайнахам разрешили вернуться на свою историческую родину, Магомед был одним из первых, кто решил обосноваться в горах. Но дома их никто не ждал. Возвращение в высокогорный район, в родное село Хашалда, было под строжайшим запретом властей. Но душа Магомеда рвалась в горы. Не имея возможности пробраться к заветным местам, он принял решение обосноваться как можно ближе к ним — в предгорном селении Танги-Чу Урус-Мартановского района. Позже, несмотря на все препоны власть имущих, мой отец сумел-таки вернуться к родным истокам.
Голос родных гор
Борьба горцев за право жить на своей земле продолжалась еще долго. В советские годы они столкнулись с жестокой несправедливостью. Власть не просто не помогала — она всячески препятствовала их возвращению в родные места после депортации, искусственно закрывая горные районы и переселяя людей на равнину. Жителей гор, в числе которых был и мой отец, трижды насильно заставляли покинуть землю предков, разравнивая бульдозерами наспех сколоченные жилища. Преемственность поколений была насильственно прервана, а некогда цветущие аулы превратились в руины. Но любовь горцев к родной земле была превыше всего.
Преданность земле отцов
Для моего отца Магомеда горное село Хашалда было самым дорогим местом на земле. Оно скрыто высоко в горах и со всех сторон окружено горными вершинами и густыми лесами. Здесь растут белоствольные березы и раскидистые липы, бьют чистейшие ледяные родники, а воздух настолько чист, что невозможно им надышаться. Отец питал к этой земле самые нежные чувства, безумно любил этот край и оставался предан ему до конца своих дней.
Молитва родной земле
Помнится, когда я был мальчишкой лет семи-восьми, он часто брал меня на сенокос. Нелегкое это дело — косить траву на крутых склонах гор. Но отец был крепкого телосложения, и эта тяжелая работа давалась ему удивительно легко. Коса в его руках просто пела, укладывая ровные ряды скошенной травы.
Больше всего меня поражало, как он восхищался горным разнотравьем. Этот сильный, суровый мужчина шел по альпийским лугам, поклонялся пахучим травам, цветам, бережно трогал их, словно хотел им что-то сказать, шепнуть. Я видел, как в эти минуты у отца на глаза наворачивались слезы. Я не мог понять, что в этот момент он обнимал не просто траву — он обнимал свою некогда выстраданную и вновь обретенную родину. Это была живая связь с его корнями, домом и предками. Это были воспоминания о тех, кто жил на этой земле до него.
Отца давно нет с нами… Теперь, став взрослым, я сам шагаю по тем самым каменистым тропам, по которым когда-то ходил мой отец. И только сейчас, сквозь призму прожитых лет, я понял эти задушевные «разговоры» отца с природой и смысл тех его слез… Теперь они невольно наворачиваются и на мои глаза… И пока мы помним эти слезы, крепится связь наших поколений.
Живая память поколений
До трагических дней депортации в горном Хашалде кроме нас, Саламовых, проживали десятки других семей: Сабралиевы, Мукадаевы, Витушевы, Ахматхановы, Амерхановы, Умиевы, Исаевы, Мовтиговы, Курбановы, Сулеймановы, Дадаевы, Умаровы, Джамалдиновы и другие. Они жили в полной гармонии с природой, в мире и согласии. Здесь каждый протягивал руку помощи соседу, а уважение к старшим и адатам было незыблемым законом. Наши отцы и деды трудились не покладая рук, возделывая землю и ухаживая за скотом. Растили большие, крепкие семьи, где мальчиков с ранних лет учили мужеству и чести, а девочек скромности и верности дому. Словом, здесь кипела полнокровная жизнь.
К сожалению, время и исторические бури опустошили эти места, но не смогли стереть их из сердец потомков. Сегодня дети, внуки и правнуки тех, кто когда-то строил здесь сакли и растил детей, возвращаются, чтобы вернуть долг родной земле.
Дорога к истокам
Движимые любовью к отчему краю, объединившись, хашалдойцы года три назад создали свой собственный сельский фонд. Работы предстояло много, ведь Хашалда долгое время находилась в запустении. Первым серьезным вызовом стала транспортная доступность. Четыре километра пути из-за сложного скального грунта были практически непроходимы для транспорта. Общими усилиями, шаг за шагом, этот тяжелый маршрут был расширен и благоустроен. Теперь, к всеобщей радости, дорога к родным местам открыта!
Большое внимание сельчане уделили также местному кладбищу. Его территорию полностью очистили от многолетних зарослей кустарников и деревьев. Привели запущенные могилы в порядок, выравнивая надмогильные плиты. По всему периметру кладбища установили прочную металлическую ограду.
Когда власть поворачивается лицом к горцу
Видя мрачную картину опустевших высокогорных сел, руководство республики приняло стратегическое решение. Указом Главы Чеченской Республики Рамзана Кадырова нынешний 2026 год объявлен Годом горных районов и развития малого и среднего предпринимательства (МСП). Это событие, без преувеличения, стало символом единения власти и народа. Если раньше возвращение в горы было личным подвигом отдельных энтузиастов, то сегодня это масштабная государственная задача. Год горных районов — это не просто лозунг, это колоссальные ресурсы, которые вдохнут жизнь в высокогорье. В горных районах будут реализованы 87 инвестиционных проектов на общую сумму более 22 млрд рублей. Для МСП создаются беспрецедентные льготные условия. На ремонт и строительство 13 автомобильных дорог выделено 5,4 млрд рублей. Ведь дороги — это артерии, по которым жизнь возвращается в горы. Будут также построены и обновлены более 40 социальных объектов: школы, детские сады, ФАПы, Дома культуры…
Таким образом, в горах будут созданы условия, не уступающие городским, и горцам не нужно выбирать между комфортом цивилизации и верностью истокам. Сегодня земляки собираются на тейповые сходы, благоустраивают святые места и кладбища предков… Поддержка государством развития туризма, пчеловодства, фермерства, открытие баз отдыха и уютных гостевых домов — это мощный фундамент для того, чтобы молодые люди оставались в родных горных селах, создавали семьи и развивали экономику региона. Для этого, как отмечалось выше, в Чеченской Республике разработаны и реализуются десятки масштабных проектов и целевых программ.
Планы хашалдойцев на будущее
Сегодня в задумках у хашалдойцев — восстановить сельскую мечеть на ее историческом месте. Также в плане обустройство родников в самом селе и близ него. Уже сделан важный шаг к воссоединению берегов реки Хашалд, сюда подвезены длинные опорные металлические балки для будущего моста. Кроме того, появились и хозяйственные планы: за селом находится запушенный пруд, который активисты планируют очистить, расширить и запустить туда мальки форели.
История высокогорного села Хашалда — это яркий пример для всей нашей республики. Пока жива память о предках, живы и наши села. Обустройство земли отцов — это яркий пример преемственности поколений, выражение благодарности предкам. Это закладка фундамента для будущего наших детей, чтобы привить им любовь к земле отцов и уважение к своим корням. Да поможет нам Всевышний в этом благородном, созидательном и богоугодном деле!
Мухади САЛАМОВ, заслуженный журналист ЧР
About Post Author
